Category: архитектура

Сказано очень мило и непосредственно

В. Лурье "Правило 15 Собора Двукратного"

В. Лурье "Правило 15 Собора Двукратного":
"Различие между "акривистами" и "икономистами" никогда не становилось абсолютным; с одной стороны, даже "акривисты" не могли отрицать необходимости икономгш (и даже в таких случаях, когда меньший грех приходится предпочитать большему [5], а, с другой стороны, "икономисты" не могли в принципе отрицать необходимости строгого следования канонам. Различие было гораздо тоньше. Обе "партии" сходились даже в том, что, по икономии, можно допустить некий грех — но именно как явление одноразовое. Но самые большие сложности возникали с определением "одноразовости": как быть, если исключение, делаемое для одного лица, — как будто бы, одноразовое — приводит к созданию долговременного положения, и грех, таким образом, закрепляется в церковной жизни? Пример — незаконное низложение Игнатия и возведение на престол Фотия. Событие это выглядит одноразовым, но создает прецедент на будущее и, еще хуже, закрепляет незаконный порядок, при котором паства отлучена от своего предстоятеля. Решаясь, в порядке икономии, на явный грех, св. Фотий погрешал лично; но не согрешал ли точно так же — лично — каждый из тех, кто присоединялся к Фотию? Церковное право так никогда и не даст ответа на этот вопрос — здесь не может быть формализуемого ответа, пригодного "на все времена".

1. Совершенно не понятно, почему здесь не может быть формализуемого ответа, если 15 правило и является таким формалиуемым ответом.

2. Совершенно не понятно, каким образом история конфликта патр. Фотия с патр. Игнатием может повлиять на толкование 15 Двукр.
Не буду касаться вопроса правоты Фотия или Игнатия, хотя я и привык считать, что патр. игнатий сначала отказался от патриаршества, а затем отказался от своего отказа.
Но дело, собственно, не в этом, а в том, что 15 Двукр. в принципе не может быть применено для целей канонической оценки этого конфликта. Оно просто о другом. В нем ничего нет о критериях законности или незаконности низложения и избрания патриархов.
Но если законным патриархом остался Игнатий, а Фотий - патриарх незаконный, то фотинианам стоило бы подумать о том, не являются ли они нарушителями собственного правила.
Если же законным патриархом стал Фотий, то, очевидно, что Игнатий виновен далеко не только в обличении антиканонических поступков императора.