Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Какой я вижу основную экономическую проблему России.

Какой я вижу основную экономическую проблему России.
Навеяно прочтением очередного эпатажного постинга Кунгурова:
https://kungurov.livejournal.com/229744.html?view=126687344#t126687344

Если концентрировать ресурсы, то главный вопрос: "на решении какой задачи?" Что и для кого предполагается производить после концентрации ресурсов?

Концентрация ресурсов хороша для военных целей: 90 из ста жителей города стоят на крепостных стенах, а 10 им по приказу готовят кашу, на качество которой 90 не жалуются, ибо не время для жалоб.
Для производства потребительских товаров и услуг рыночная экономика подходит лучше, но для отстающей в развитии страны при этом нужны защитные протекционистские укрепления и побольше экономического пространства. Проблема в том, что протекционизм и завоевание экономического пространства повышают уровень конфликтности с соседями и требуют отвлечения ресурсов в военную сферу. При резком повышении уровня конфликтности становится уже не до рыночной экономики, а потребительский уровень падает.
Элите для поддержания своего элитного потребительского уровня, чем конфликтовать с мировыми промышленными центрами, выгоднее контролировать природные ресурсы страны и продавать их этим самым мировым промышленным центрам. Грядущее снижение добычи нефти эту ситуацию не изменит, хотя и потребует сокращения элиты. Ещё остаётся много и газа, и металлов, и тайга с Байкалом тоже ещё есть. Здесь задача состоит только в том, чтобы предотвращать бунты населения, по минимуму делясь с ним природной рентой. Население при этом тоже должно сокращаться, уезжая и вымирая. Но тогда возникнет вопрос о том, хватит ли ресурсов и населения на поддержание связности и единства территории, и сможет ли элита с уменьшившимся населением сохранить контроль над ресурсами страны.

Оптимальный российский правитель должен ухитриться провести Россию между всеми этими сциллами и харибдами.

О социализме и капитализме

Вокруг социализма и капитализма в Сети накопилось много идеологизированных и излишне наукообразных мифов по вопросам, которые довольно просты и интуитивно каждому понятны. Редкий человек, которому нужно заказать у портного пиджак, не сам пойдет к портному обговаривать характеристики пиджака, а поручит это дело постороннему человеку, да ещё и попросит этого постороннего человека руководствоваться при заказе его, постороннего человека, вкусами и соображениями. А представьте себе человека, который почему-то заказывает пошив пиджаков для сотен, тысяч, миллионов потребителей. В роли такого странного товарища и выступало государство в советской экономической системе с понятными и абсолютно предсказуемыми последствиями для качества советских потребительских товаров. В обычных условиях государству нет никакого резона влезать между портным и заказчиком, зато есть резон брать у портного 10% заработанного и кормить на эти средства армию, а также придворных поэтов и звездочётов. Но представьте себе ситуацию, когда враг у ворот, и если он ворвётся в город, то мёртвые будут завидовать живым. Представьте себе, что 90% жителей города должны стоять на стенах. Можем ли мы в этих условиях сказать кашеварам: "Варите сколько хотите, а мы у вас возьмём десять процентов"? Конечно, никакой каши нам кашевары при этом не наварят. И единственно разумный вариант в этих условиях это введение для кашеваров плановой экономики. В рамках пятилетнего плана они по приказу должны столько-то каши поставить защитникам северной башни, а столько-то восточной. А защитникам башен при этом не приходит в голову сильно привередничать относительно оттенков вкуса принесённой им каши. Всем понятно, что не время. Именно так во все времена и поступали, и никому в голову не приходило считать это переходом к новой общественно-экономической формации, открывающей будущее всему человечеству. Ну, и ни у кого раньше не вызывало сомнений, что казённые предприятия могут неплохо лить пушки. Я не помню, чтобы русских царей на этом основании считали социалистами. Не считал себя социалистом и Лавр Георгиевич Корнилов, настаивавший в 1917 году на огосударствлении военной промышленности. Социализм и государственный план это довольно эффективный способ отвлечения большого количества людей от производства потребительских товаров и услуг для решения каких-то более насущных проблем этого дня. С потребительскими товарами и услугами в этом случае наступает предсказуемый швах. Проблемы современной российской экономики лежат не в выборе между социализмом и капитализмом. В России создана экономика распределения природной ренты, находящаяся на периферии глобальной экономической системы. 140 миллионов населения для такой экономики это слишком много. Невидимая рука рынка в таких ситуациях работает на миграцию экономически активного населения в сторону промышленно развитых центров, ну или на то, чтобы дороги забелели от костей индийских ткачей.

Об экономике

1) Россия с начала 90-х годов пытается встроиться в глобальную систему разделения труда. Получилось это сделать главным образом в качестве экспортёра сырья, что в силу низкой добавленной стоимости обеспечивает постепенное отставание от мировых промышленных центров. Жизнь на природную ренту в условиях, когда практически все потребительские товары производятся за рубежом, отличается довольно низким уровнем. Как показывает практика с глобальным ростом экономики растет уровень жизни и на периферии глобальной экономической системы. Но при кризисах и стагнации именно периферия просаживается наиболее быстро и сильно. Кроме того, не вполне ясно, какой срок сырьевые доходы продержатся на текущем уровне. 2) Шансы на постепенное повышение позиций в глобальной экономике предельно малы в силу климатических причин. Инвестиции и умы из страны неизбежно будут утекать в более развитые экономики. В долгосрочной перспективе этот процесс должен привести к депопуляции России до размеров населения, которому российская территория сможет обеспечить современный уровень жизни. 3) Альтернативой является создание экономической зоны с какой-то степенью автаркии. Это означает, с одной стороны, рост цен на потребительские товары, с другой стороны, увеличение числа рабочих мест, то есть, определённое перераспределение социальных благ и некоторое выравнивание уровня жизни. 4) Приведёт ли это к росту медианного уровня жизни? (Понятно, что резкий переход приведёт к немедленному потребительскому шоку. Будем обсуждать переход постепенный.) Для экономической периферии уровень жизни тем выше, чем ниже численность населения. Для автаркии уровень жизни тем выше, чем выше численность населения. В какой-то точке два графика пересекаются. Встречается оценка в 200 млн. человек. Не знаю, как это число получено, но при верности этой оценки Россия без Украины самодостаточную экономику с приемлемым по текущим стандартам потребительским уровнем жизни построить не сможет. 5) Является ли выходом из ситуации государственная плановая экономика? Государственный потребительский сектор довольно неплохо справляется с необходимостью малыми силами как-то одеть и накормить большое количество людей, завязанных в непотребительском секторе. Но потребление при этом получается довольно убогое. Грубо говоря, чем больше людей работает в потребительском секторе, тем больше потребительских товаров производится. Но при определённом превышении количества работников потребительского сектора над количеством работников сектора непотребительского плановая экономика становится бессмысленной. Люди неплохо и сами без плана друг для друга производят потребительские товары. В любом случае возврат к плановой экономике не позволит вернуться к потребительскому уровню Советского Союза, когда вся Восточная Европа для СССР была фабрикой потребительских товаров. 6) Выводы? Выводов у меня пока нет.

Почему не стоит нас пугать Венесуэлой

Как только заходит речь об автаркии или протекционизме, в качестве пугала немедленно приводится Венесуэла или Северная Корея. И довольно резонно утверждается, что автаркия это всегда отставание в развитии от глобального рынка. И это, действительно, так. Это неоспоримо. Но вот только ещё хуже с развитием и уровнем жизни, чем в Венесуэле, было у семьи Лыковых в таежном тупике. А еще хуже у Робинзона Крузо на необитаемом острове. Чем в автаркии выше численность населения, тем выше уровень жизни в ней можно обустроить. При определенной численности населения уровень жизни в автаркии можно поднять выше, чем в стране с той же численностью населения, занимающей позицию сырьевого придатка в глобальной системе разделения труда. В сырьевом придатке, наоборот, уровень жизни увеличивается с уменьшением численности населения. При определённых параметрах скорость отставания от глобальных промышленных центров у автаркии ниже, чем у сырьевого придатка.

У отсиживающихся в крепости в долгосрочной перспективе иссякнут боеприпасы и продовольствие. Само утверждение бесспорно. Но выход в открытое поле против численно превосходящего противника сопряжён с немедленным разгромом.

У России нет возможности чисто экономическими способами догнать и перегнать в развитии Запад. Мы можем только выбирать варианты с разными темпами отставания от Запада и разной степенью сбережения народа для того, чтобы выиграть время на другие способы решения проблемы: Украину там захватить, или с кем-то в экономическую зону объединиться, или на чем-то сконцентрировать ресурсы.

О протекционизме и либерализме

У меня получился длинный и интересный для меня разговор о протекционизме и экономическом либерализме с известным националистом и одновременно либертарианцем Виталием "Африка":
https://afrika-sl.livejournal.com/438750.html?thread=14854366#t14854366
Несколько неожиданно для меня в конце беседы выяснилось, что мой собеседник признает, что предлагаемые им либеральные преобразования приведут к падению уровня доходов большей части населения на неопределенно долгий срок. Но он всё равно полагает необходимым на такие преобразования идти, так как альтернативы им всё равно нет, а они оставляют России шанс на будущее.
На мой взгляд, это своеобразная смесь безумия и интеллектуальной честности.

Буданов и Темерханов

Попытаюсь привести в порядок свои мысли о всей этой истории с Будановым и Темерхановым.
1) Во-первых, культ преступников это в любом случае вещь неправильная и неприятная.
2) Буданов был героем войны. Затем в результате нервного срыва, возможно, в невменяемом состоянии он без суда и следствия убил невооруженную чеченку, возможно, снайпера, возможно, дочь боевика, над телом которой, видимо, уже после этого надругались солдаты. В русской культуре всегда можно было найти определённое сочувствие и понимание к людям в подобной ситуации, но не их героизацию. Мы же видим, что для русских националистов Буданов становится культовой фигурой, хотя всё-таки и не настолько, чтобы героизировать само по себе убийство задержанной чеченки.
3) Темерханов, похоже, действовал вполне в рамках чеченских культурных традиций, и для героизирующих его чеченцев само убийство Буданова является подвигом.
Более того, ещё до убийства Буданова сам Кадыров фактически призвал чеченцев Буданова убить.
4) Если героизация Буданова имеет какой-то отклик на низовом уровне и поддерживается маргинальными в политическом отношении группами националистов, то героизация Темерханова фактически поддерживается политической элитой Чечни, которая во главе с Кадыровым является влиятельной элитной группой общероссийского масштаба.
5) Говорить в этих условиях о существовании единой политической нации это издевательство над здравым смыслом.
6) Все чувствуют определённую незавершенность чеченской войны. С одной стороны, военные действия прекратились и Чечня формально осталась в составе России. С другой стороны, беженцы не получили возможность возвратиться в свои дома, ограбленные не получили компенсацию, русскими Чечня воспринимается, как опасное место для проживания, Чечня фактически находится вне российского правового пространства, а политическая элита Чечни для русских выглядит просто этнической бандой. В самой Чечне этнократический режим бандитского типа, похоже, пользуется поддержкой снизу. В результате значительным числом русских Чечня психологически воспринимается не в качестве российской национальной республики, вроде Татарстана, и даже не в качестве российской территории, хотя населенной их согражданами, но захваченной под контроль бандитами, вроде Кущёвки. Чечня воспринимается в качестве враждебного политического образования, представители которого при странном содействии российских властей свободно передвигаются по территории России и пользуются всеми правами её граждан (и даже привилегированных граждан) для осуществления враждебной по отношению к русским деятельности.
7) Культ Буданова отчасти, видимо, является формой низового протеста против этого фальшивого и двусмысленного положения, поддерживаемого российскими властями. (Понятно, что есть просто сволочи, для которых изнасилование и убийство чеченки это что-то правильное само по себе. Но большинство всё-таки ради чего-то преодолевает внутри себя неприязнь к самому преступлению.)
8) Прекратиться такое положение может двумя способами. Либо в Чечне будет установлен общероссийский правовой порядок, либо Чечня уйдет из состава России. В краткосрочной перспективе не произойдет ни первого, ни второго, и фальшивое положение сохранится.
9) Готовы ли мы, и есть ли смысл воевать за установление в Чечне правового порядка? Не знаю. Думаю, что в любом случае Россия не сможет добиться своего порядка в Чечне, пока не добьется своего порядка в самой России, пока не будет решен вопрос с Кущёвками и с этнократическими режимами в национальных республиках, пока не будет решен вопрос с русской
ирредентой на Украине и в Казахстане. А там будет видно.

Почему в начале 90-х произошел спад производства

В качестве борьбы с мифами очень упрощенная схема, объясняющая спад промышленного производства в начале 90-х годов. В СССР половина населения производила для общества в целом, может, и полезное, но не пригодное для домашнего хозяйства в каждой отдельной семье. Например, танки. Вещь важная, но редкий Шварценеггер побежит себе его заказывать. В этой же половине находились милиция, учителя, физики высоких энергий и проч. Вторая половина населения по властному приказу государства производила потребительские товары и для себя, и для первой половины населения. Производила в тех количествах, в которых ей сверху приказывали. В 92-м году второй половине населения приказывать перестали и сказали: "Сколько хотите, столько и делайте." Разумеется, вторая половина населения, не будучи зловредными идиотами вроде Гайдара, перестала производить потребительские товары для той половины населения, которая ей в ответ не могла ничего предложить, да и быстро вместо танков произвести пылесосы тоже не могла. Производство резко сократилось. Соответственно, производителям потребительских товаров стало требоваться меньшее количество работников, которых уволили, а для них тоже перестали производить потребительские товары. К 93-му году падение уровня жизни привело к массовому недовольству населения и радикализации Верховного совета. К этому же времени Гайдар и Чубайс (как когда-то Ленин по поводу военного коммунизма) начали понимать, что впереди нет ни фантастического роста производительных сил, ни Плана Маршалла. В этих условиях властью был принят стратегический план на прекращение дурацкой игры в демократию и на залоговые аукционы, в рамках которых сырьевая отрасль была поставлена под контроль узкой группы лиц. Так сформировались действующая сырьевая модель экономики и соответствующий ей авторитарный президентский режим. В качестве альтернативы в начале 90-х можно было бы предложить сохранение производства или его части по приказу в виде плана или госзаказа до того момента, когда отказ от приказа не приводил бы к резкому спаду.

Мои мысли по поводу статьи Хазина

Вот этой:
https://aurora.network/articles/10-vlast-i-obshhestvo/59613-refleksija-ili-pochemu-ne-sleduet-uproshhat-vlast

Это всё очень резонно. Команда Путина выступает сейчас в качестве носителя российского суверенитета, и в этом у меня сомнений нет. Но при этом она заточена на экспорт сырья и перераспределение внутри себя выручки от экспорта сырья. Под каждым членом команды Путина своя команда, членам которой нужны доллары и евро. И так до низовых шестерок. Как в этих условиях команда Путина может перейти к протекционистской экономике? Высокотехнологичные отрасли быстро заменить сырье в качестве главного источника поступления валюты не могут. А переход к протекционистской политике потребует определенной автаркии и резкого ограничения использования валютной выручки от экспорта сырья на импорт автомобилей и ширпотреба. Это и у населения вызовет недовольство. А у чиновников всех уровней? Для смягчения проблем населения валютная выручка должна будет вместо импорта, грубо говоря, автомобилей, в большей степени направляться на закупку продовольствия и лекарств. Как на это отреагирует чиновничество? Как на это отреагируют члены команды Путина, непосредственно не связанные с экспортом сырья (Роттенберги, Ковальчуки и ппроч.)? Если они членов своей команды начнут обеспечивать валютой меньше, чем другие команды, они начнут терять своё влияние. Какие можно предложить механизмы, учитывающие и интересы властных группировок, и интересы населения, и интересы развития страны? Кто начнет элите нести золотые яйца? У меня впечатление, что Путин в этой ситуации выбрал путь медленной деградации экономики.

Сыновья муллы

Любопытства для скачал и прочитал "Сыновья муллы", первую пьесу Булгакова, написанную им, как известно, в 21 году во Владикавказе в соавторстве с голодухой. И не скажу, что зря потратил время. Понятное дело, пьеса писалась с тем, чтобы понравится местной публике. (Кстати, интересно, она тоже голодала?) Кажется, пьесу в наши дни снова ставят в Ингушетии.
Collapse )

"В туземном подотделе пьеса произвела фурор. Ее немедленно купили за 200 тысяч. И через две недели она шла. В тумане тысячного дыхания сверкали кинжалы, газыри и глаза. Чеченцы, кабардинцы, ингуши, - после того, как в третьем акте геройские наездники ворвались и схватили пристава и стражников, - кричали:
- Ва! Подлец! Так ему и надо!
И вслед за подотдельскими барышнями вызывали: "автора" За кулисами пожимали руки.
- Пирикрасная пыеса!
И приглашали в аул..."

Диалог верующего с агностиками

Такой диалог верующего с агностиками однажды произошёл в реальности и был описан Лесковым:

"Не Бог весть к каким давностям этого столетия в некотором царстве, не в нашем государстве некий отставной солдат совершил значительную церковную татьбу, уличен в ней и даже не запирался, что взял церковные драгоценности, но умудрился обставить все дело своего хищения таким образом, что не только ему-то ничего за это не досталось, но начальство долго еще не решалось, как ему поступить,
чтобы взять похищенное назад без особенной неловкости. Дело заключается в том, что очередной священник богатого и препрославленного великолепием храмов города Б. в один зимний день, придя в храм править заутреню, поклонился местному чудотворному образу Богоматери и, восклонясь от первого же поклона, остолбенел, да и было от чего: на золотом окладе образа не бьшо многоценного венца из яхонтов, рубинов и бриллиантов. Трепещущий священник покликал сторожа, который зажигал в это время свечи, чтобы осветить полутемный храм, позвал дьячка, копавшегося на клиросе,- и все трое окаменели перед образом. Это была не фантазия, не воображению священника это пред
ставлялось, а действительно живая осязаемая быль: венца, стоющего шестьдесят семь тысяч рублей на тамошние деньги, не было: он удалился. Двери были заперты, ключи берег сам священник, окна все целы, нигде нет ни пролома, ни повреждения, через которые можно было бы проникнуть в храм и бежать из него с вещию, - а венца нет ...
Ясно, что лохититель не мог никуда скрыться и должен быть в храме. Священник со сторожем, дьячком и пришедшими богомольцами обшарили, как говорится, все мышиные норки; но вора нет как нет. Тогда, наконец, сторожу пришло на ум обстоятельство, по-видимому, совсем невероятное. В приходе был старичок солдат, столь богобоязненный и богомольный, что он проводил в храме не только все дни, но даже часто и переночевывал во храме. Хотя это, конечно, не резон и не порядок, но так это издавна завелось не отказывать богомольному старичку в ночной молитве во храме, так ему и не отказывали. Не его ли Бог попутал? Не он ли взял, этот полусвятой, богомольный Арефьич? Он вчера бьшу вечерни и потом, пока сторож выметал храм, он все стоял да молился и вышел, когда уже было совсем темно... Размышлять долго некогда, и священник со сторожами и с народом отправились спешною ходою к далеко за городом в снежных сувоях утонувшей хате Арефьича. Стучат, будят ни гласа, ни послушания. Наконец добились, заговорил Арефьич.
- Недомогаю,- говорит,- родные, мочи нет, и к утрени вот идти не сдужаю... Чего вам кому от меня надобно?
- Отворяй, отворяй скорей, отворяй, а то дверь высадим! - напирает на него народ.
- Господи! Наше место свято, - запирался солдат, и в хате моргнул огонек.
Люди - два или три человека - прильнули к замерзшему стеклу и так зычно и завопили:
- Вон, вон у него венец на божнице-то!
Разом ворвались все вместе с облаками холода в маленькую хатенку Арефьича, и сейчас допрос.
- У тебя,- говорят,- венец?
- Да ведь сами,- говорит,- видите, что у меня,- и при сем вздохнул и набожно перекрестился, и сидит на кровати, будто немощный.
- Так это ты,- говорят,- его украл?
- Украл?- передопрошает Арефьич. -Ах вы, скареды, какое слово пустить посмели! Да разве я на вас похож, что я воровать стану? Да я сорок лет Богу и великому государю служил, да я за веру нашу святую христианскую и за отечество кровь проливал, да я... И пошел старик высчитывать, и потел, да все это с придыханиями, с азартом, с ударениями в грудь кулаками, так что и народ, и сторожа, и священник даже опешили.
- Позволь же, позволь,- спрашивает солдата сконфуженным голосом священник, - однако же, ведь так как ни есть, а венец у тебя?
- Ну, у меня, ну, и что же такое? Я и не таю, что он у меня. Видите, вот он стоит.
- Да зачем же ты его снял?
- Я его и не снимал.
- Как так не снимал?
- Да, не снимал; и не брал, и не снимал, а как годы мои большие, и недуги стали тяжкие, а служил я сорок лет и выслужил себе три оловянные пуговицы, то вот я и стал Богородице жаловаться: «Матушка, - говорю, - призри благосердием, яко за храмы твои честные сражался и избит
и изувечен, а не имею себе ни тепла, ни пропитания», а она, Госпожа Владычица, то услыша, приподняла на образе свою правую ручку, сняла с себя этот венец, да и изволила его подать мне. «На,- говорит,- от меня питайся, когда все ми забыт>>.
Относитесь к этому, как хотите, а солдат застремил предобрую загвоздку, вытащить которую было не легко. Священник донес о происшествии по своему начальству, а градоначальник по своему, но не дремал и солдат: он тоже приподнял свои ветхие ноги и пошел в главный провинциальный город жаловаться, что вот-де так и так: Матерь-де Божия сама своею ручкою пожаловала ему с себя венец за
верную службу, а люди у него венец этот силою отняли, да еще и самого его воровством клепят и хотят в острог посадить. Просит, молит плачущий старик начальника провинции: «Милуйте, жалуйте,- говорит,- ваше превосходительство: защитите и от сумы, и от тюрьмы и велите мне венец отдать!» Начальник провинции родом немец, в чужих порядках якобы не сведущий, уразумел, однако, что дело выходит
совсем казусное, и обратился к универсальному в тогдашнее время в той стране средству служащих людей: к отписке. Он велел приютить солдата при полицейском доме, так, чтобы тот этого и арестом не мог считать, и в то же время не мог бы и скрыться, если велят вором считать, да и отнесся к местному духовному начальству с вопросом: могло ли быть такое чудо, о каком рассказывает солдат? Местное
духовное начальство подумало, подумало, да и отвечает, что оно само категорически разрешить вопрос его превосходительства не может, а полагало бы, не давая сему делу никакого хода и не производя о сем следствия, ограничиться лишь одним дознанием и венец возвратить во храм, а солдату выдать негласно из церковных сумм триста пятьдесят рублей, коими престарелая жизнь его всеконечно с достаточностию будет обеспечена. Объявили солдату это решение: тот в ноги со слезами благодарности.
- Доволен? - спрашивает его начальник провинции.
- Как не доволен! Много, много доволен, ваше превосходительство, только прошу вашей милости: велите теперь за бесчестье судить тех, кто меня, честного царского слугу, вором называл. Видит начальник, с каким человеком ему приходится дело вести, да сообразил, что и дело-то не совсем ладно, стоит и говорит:
- Ну, да что тебе за корысть из суда? Прости их по христианскому долгу.
- Что же, я согласен,- отвечал солдат, - только пусть они мне, ваше превосходительство, на мою бедность пятьдесят рублей заплатят.
Начальник усмехнулся, вынес боголюбивому солдату пятьдесят рублей своих денег и отпустил его: «Иди, - говорит, - а я с города взыщу», и уж тут-то взяли с солдата расписку, что он всем доволен и ничего ни на ком не ищет, да и выслали его на вечные времена далеко, далеко за широкую реку на просторное поле, где он приободрился, как папа Сикст, купил грунт, завел и скот, и плуг, и борону, взял во двор и батрака, и бабу, и зажил, словно в сказке, лежа на полатях да жуя пироги."

Как сказал hgr, "агностики обречены отступать перед верующими".